top of page
Поиск
  • victorsolkin

Воспоминания об Унуамоне

Забавная история о тексте «Путешествия Унуамона в Библ», которую мало кто знает.

Этот замечательный текст, рассказывающий о полном испытаний путешествии фиванского жреца Унуамона в Финикию за кедровым деревом для ладьи бога Амона, был издан в 1960 году выдающимся русским египтологом Михаилом Александровичем Коростовцевым. Судьба Коростовцева – отдельный приключенческий и отчасти трагический роман: египтолог, разведчик, специализирующийся на арабских странах, он оказался в лагерях из-за доноса жены, не простившей ему каирского романа с супругой британского офицера. Брали Коростовцева особисты на приеме, специально устроенном для этого на советском корабле, прибывшем в Египет, где Коростовецв в то время находился с «дипломатической» миссией. В итоге жена-доносчица, которую мгновенно также забрали, сама погибла где-то в Карелии, а Коростовцев вышел, вел активную дипломатическую и научную деятельность, стал одним из крупнейших египтологов своего поколения. Только получив серьезные погоны и допуск к своему делу, Коростовцев узнал, что фатальные доносы на него строчила не только приревновавшая жена, но и коллега В.И. Авдиев – видный партийный востоковед, недолго проработавший в музее, личный друг Л.П. Берия. Маленькому номенклатурному человеку, щуплому, с огромными глазами Горлума, на досуге писавшему романтические стишки, чем-то очень досаждал Коростовцев – мужик яркий и очень, по отзывам знавших его людей, харизматичный.


Своим ученикам египетский язык Нового царства М.А. Коростовцев преподавал без грамматики, сразу по изданию текста папируса Унуамона. Одной из его учениц была мой учитель Светлана Измайловна Ходжаш. С учителем ее связывал, помимо профессиональных интересов, самый бурный роман из всех возможных, которым она очень гордилась и часто о нем рассказывала, называя Коростовцева «Михочкой». Роман романом, а новоегипетский без упражнений, сразу по изданию папируса – это испытание исключительной сложности. Когда то-то из наших слушателей сейчас говорит, что среднеегипетский по учебнику Гардинера -это сложно, времени не хватает, «голова дымится» и т.д., я сразу вспоминаю о Коростовцеве и его методе. Вместе с Ходжаш в группе занимались Татьяна Николаевна Савельева – добрая и славная женщина (я знал ее), специалист по экономике Египта эпохи пирамид и Иосиф Александрович Стучевский, который, как и я, занимался Рамессидами. Задачи становились все труднее, М.А. Коростовцев был жестким учителем. Известная своим очень своеобразным и порой черным юмором, Светлана Измайловна рассказывала мне об этом так: «Ну что, я, например, хотела, но не могла. Таня – могла, но не хотела, а Йося – и хотел и мог. Вот первым-то и похоронили». За этим наступал буквально приступ звенящего, чуть демонического хохота и Светлана Измайловна, довольная произведенным впечатлением, подытоживала мне: «А ты учи Гардинера, пока учат!» и, горделиво выступая, вспрыгивала, миниатюрная, словно экзотическая кукла, в массивное кресло у огромного старинного стола, стоявшего на «ее половине» Отдела Востока. Из-за вороха бумаг и старинной японской вазы, переделенной в лампу, раздавалось чуть иначе, с грустью: «… и хотел, и мог…»


На первом фото: (сидят, слева направо) Т.Н. Савельева, М.А. Коростовцев, С.И. Ходжаш. Стоит И.А. Стучевский. На втором фото: папирус с текстом "Путешествия Уну-Амона" на выставке в ГМИИ, декабрь 2022 г.

79 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все
bottom of page