top of page
Поиск
  • Фото автораvictorsolkin

"Аида" в Вене

В сети появилась запись свежей «Аиды» из венской оперы, долгожданная, потому что в ней дебютировала в партии Амнерис замечательная меццо-сопрано Элина Гаранча. Однако, восторга у меня, если честно, не случилось.



Сначала о самой постановке, которая идет в Вене достаточно давно. О, счастье, все-таки, это – Древний Египет. На сцене нет палок, балок, современного искусства и иной «режоперы». Никто не поёт голым или в халатике, что по нынешним меркам просто удивительно. Однако Египет этот очень странный – мрачный, темный и откровенно нищий. Если в первом действии еще все неплохо и ворота дворца фараона в Мемфисе вполне неплохи, то в третьем и в четвертом действии – условная лаконичность почему-то превращает декорации в руины – в «сцене Нила» слева у кулис почему-то валяется огромная разбитая хаторическая капитель, а в «Судилище» две головы, отбитые у статуй шакалоголового Анубиса, видимо, намекают на трагичность развязки. «Триумф в Фивах» предельно бюджетен и происходит на фоне капителей почему-то засыпанного храма и пустыни. Единственная сцена, в которой чувствуется египетская эстетика без искореженных статуй и иной глупости художника – это «Комната Амнерис», где царская дочь сидит на фоне реплики колонн киоска Траяна с острова Филе. И на этом – спасибо! С костюмами – беда. Знатные дамы все из той же «Комнаты Амнерис» напоминают внешним обликом веселых продавщиц самсы с таджикского рынка, почему-то абсолютно белые «эфиопские пленные» - явно прошли с караванами по «Шелковому пути» и сильно выцвели под палящим солнцем, а сама Аида одета по принципу чем ярче, тем виднее. Китчевые малиновые балахоны, в которых щеголяет Анна Нетребко так же далеки от эстетики нубийской культуры, как и ее веселые и курчавые блондинистые локоны. Чуть лучше костюмы у Амнерис, в них все же есть что-то от Египта. Однако если в «Комнате…» и в сцене Нила это почти красиво, то зачем-то надетая на голову царской дочери в сцене триумфа грубо сделанная мужская корона Нижнего Египта невозможно уродует хрупкую Гаранча. Кроваво-винный балахон Амнерис в «Судилище» нарочито кровав, но хоть немного намекает на Египет золотым ожерельем, диадемой и поясом. Смотреть можно, чего не скажешь об обличье жрецов, поголовно украшенных подобиями орнаментальной отделки саркофагов, с огромными, уродливыми ступами на голове. Очень грубо сделан египетский костюм фараона, а Радамес, как и многие египтяне на сцене, явно сбежал в обновках с какого-то афганского блошиного рынка, успев прихватить и прилепить на грудь кусок египетского позолоченного панциря. В сцене триумфа Амнерис все-таки надела на его голову царскую диадему со священным уреем при живом-то отце. И даже сцена храма, всегда одна из самых красивых в опере, задавлена ужасной, далекой от Египта колоннадой и совсем лишена таинственности. Не удивительно, что Радамес приходит в храм походкой вразвалочку и вообще лишен хоть какого-то переживания собственного посвящения.







Теперь о героях и музыке. Замечательный оркестр под управлением маэстро Никеолы Луизотти звучит великолепно. Чего не скажешь о солистах. Очень любимый мною Кауфманн, к сожалению. Стремительно теряет форму. Его Радамес – усталый человек, которому, кажется, надо, чтобы все от него отстали – и Аида и Амнерис. Свои знаменитые пьяниссимсо на верхних нотах он вымучивает с искаженным ртом и вообще поет натужно, с мучением, что совсем не дает ему играть на сцене. Человек, поющий с каменным лицом, стоя как столб, балладу о возлюбленной – это, все-таки, нехорошо.

Для Элины Гаранча, дебюта которой в партии Амнерис я так ждал, образ царской дочери, сложнейший, оказался, на мой взгляд, не по плечу. Во-первых, ей постоянно не хватает силы и объема голоса, особенно в верхнем регистре. Она спела все ноты, которые надо спеть, но чего же ей это стоило! – Все было видно по лицу. Если в «Комнате…» некая царственность и пластика еще были, то к «Судилищу…» уже нужно было просто спеть партию, Амнерис засуетилась и порой почти перестала играть те эмоции, которые предполагают текст и действие. То, как царская дочь побежала, подпрыгивая, за уходящим в темницу Радамесом, убило весь пафос «Судилища» и сам образ. Почему-то в роли Амнерис Гаранча по-балтийски холодна и отстранена. Играть страсти она умеет прекрасно – вспоминается ее роскошная Кармен в «Метрополитен-опера». По сути, лишь в самом конце «Судилища…», уже подслушивая вердикт жрецов, она вспомнила, что разворачивается неслыханная драма и попыталась пометаться по сцене, однако общей ситуации это не спасло, что очень обидно. Певица великолепная, ее Амнерис могла бы стать сенсацией, но, к сожалению, не стала. Впрочем, мне стало понятно, почему в старых интервью Гаранча говорила, что до «Амнерис надо дорасти» и «это партия сложнейшая и объемная». Видимо, понимала, что объема голоса может не хватить, Амнерис - это все же не Кармен. Что касается «дорасти», то вспомним молодую Елену Образцову, которая изначально была грандиозной, ей не нужно было «дорасти» до партии Амнерис, бог все сразу дал. И еще интересная тенденция: современным певицам очень трудно даются попытки изобразить царственность, постоянно какая-то мелкая суета жестов побеждает, а это, извините, не про дочь фараона Амнерис.





Абсолютно неубедителен был и исполнением своей партии и внешностью верховный жрец Рамфис (Александр Виноградов). Его басу не хватает глубины и силы, а странная роба, женственное лицо и гигантская ступка на голове делают его, простите, чем-то похожим на героиню сказки Пушкина «Сватью-бабу Бабариху», которая каким-то образом оказалась в Древнем Египте, и сама этому не особенно рада. Напротив, царь Египта, которому из-за крохотной партии и развернуться-то в опере негде, представлен роскошным басом (Илья Казаков), которому петь бы и петь Рамфиса – в его огромном голосе есть все – и характер и великолепный объем и убедительные, мощные низы. Но не случилось. Харизматичен и хорош отец Аиды Амонасро (Лука Сальси). Удивительно, что своей игрой и вокальными данными второстепенные герои «Аиды» в этот раз вызывают куда больше симпатий, чем главные. Кстати, обратите внимание на количество русских имен в этой постановке.




И в самом конце то, что меня чрезвычайно удивило. Я не большой поклонник Анны Нетребко. Но в этот раз ее Аида, несмотря на ужасные костюмы, – очень хороша, человечна, у ее героини много достойной, уместной драматической игры. Спета партия тоже на «отлично», очень аккуратно, богатым, полным голосом. Нет той заносчивости, которая портила ее Аиду несколько лет тому назад в Зальцбурге. На этот раз – глубоко несчастная, любящая женщина, естественная и симпатичная в своих чувствах, которой сопереживаешь. Это тот редкий случай, когда мои симпатии вдруг оказались на стороне Аиды, а не на стороне моей любимой Амнерис. Браво, г-жа Нетребко!

Посмотрите спектакль сами. Это стоит того хотя бы потому, что, по факту, состав исполнителей абсолютно звездный, а результат, к моему великому удивлению, весьма средний. И потом, когда внимательно следишь за певцом, который мучается на сцене, пытаясь сохранить марку и спеть все ноты, а не музыку, у самого начинает невольно болеть горло. А так хотелось праздника, размаха Верди и феерического дебюта Гаранчи! Увы.


Полная запись спектакля - https://youtu.be/P6PeGAlNtsU

134 просмотра1 комментарий

Недавние посты

Смотреть все

1 commento


nm.mn.1987
01 apr


Mi piace
bottom of page